Один из кредиторов через суд доказал, что соглашение было фиктивным, так как мать в помощи не нуждалась. После признания должницы банкротом финансовый управляющий подал иск к её матери о возврате 132,5 тыс. рублей.
Мать утверждала, что не знала о неправомерности и передала дочери свою банковскую карту. Суд установил, что эти действия означали её согласие на получение средств по мнимой сделке, и обязал её вернуть всю сумму в конкурсную массу для расчётов с кредиторами. Решение вступило в силу.
