Алла Гербер

Писатель, киноредактор, член Союза кинематографистов России.

Друг Винни-Пуха и Гете

Писатель Алла Гербер — о многогранной и светлой личности Бориса Заходера.

9 сентября исполнилось 100 лет со дня рождения замечательного поэта и переводчика Бориса Заходера. Он был невероятно остроумным, веселым человеком. И эта легкость, детская радость, что была в его характере, есть и в его стихах.

Общаться с Борей было большим счастьем, он умел собрать вокруг себя талантливых людей, которые заряжались от него этой легкостью и создавали уникальную творческую атмосферу. Думаю, он и детьми был особенно любим благодаря своей искренности, светлому отношению к жизни. Они ведь сразу чувствуют это и ценят. Впрочем, обожали его не только малыши, но и взрослые.

Мы с ним очень близко дружили — собирались компанией у него в Лесных полянах, пробовали дивные пироги его жены Галины… Я никогда не видела, чтобы мужчина так боготворил свою жену, с такой нежностью, с таким трепетом, так трогательно — по-мальчишески — относился бы к женщине. Он всегда умел сказать ей и о ней что-то очень важное, что-то такое, от чего она всегда смотрела на него влюбленными глазами.

Последний раз мы виделись с Борей буквально за несколько дней до его смерти. Он был активен, остроумен, ни на что не жаловался. Мы сидели, пили его «заходеровку», хохотали… И эти впечатления так реальны, что я и сегодня говорю о нем, как о живом. Но что действительно живет и будет жить в будущем, так это его поэзия.

Хотя сам Заходер никогда не считал себя великим. Всегда волновался, когда читал новое стихотворение. Как всякий нормальный творческий человек следил за реакцией слушателей — ему важно было понять, понравилось или нет.

Он был великим переводчиком — достаточно вспомнить его переводы Гете. Борис говорил «мой друг и учитель Гете». Относился к нему, как к старшему товарищу, и перевел практически все его произведения на русский язык, причем с комментариями. Гете действительно был его постоянным собеседником. Ему звонишь и спрашиваешь: «Боря, что ты делаешь?». А он отвечает: «Да я с Гете общаюсь, сидим — разговариваем». Причем это говорилось очень буднично, просто, без пафоса.

А еще он обожал своего Винни-Пуха. Хотя и другие переводы он выполнял с удовольствием, ему нравилось работать с языком, наслаждаться его музыкальностью, именно Винни-Пух был его особенной любовью.

В своем творчестве он никогда никого не поучал, не нравоучительствовал, не читал проповедей. Он веселился вместе с детьми — в своей замечательной «Мохнатой азбуке», в стихах, переводах. Он сочинял, чувствуя, что рядом с ним — толпа живых, увлеченных, умных читателей. У него был расчет на то, что все дети без исключения — сообразительные, всё понимают, и их надо любить и уважать.

Такими же качествами обладали наши классики детской литературы — Корней Чуковский, Самуил Маршак и недавно скончавшийся Эдуард Успенский. Который, кстати, долгое время дружил с Борей — можно сказать, в какой-то степени был его учеником. Это все были особенные люди, по-своему философы. И Борис тоже был философ. Каждое его слово было наполнено глубоким смыслом. Поэтому нельзя забывать, что он был прекрасным поэтом для всех, а не только для детей. Счастье, что в нашей литературе есть такие имена, как Борис Заходер: они нужны детям, они нужны нам всем.

Оригинал

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ