Марина Юденич

Писатель, журналист

Смертельное оружие

У меня плохие новости.

Нет, не для всех. Исключительно для тех, кто любит рассказывать о «маршах миллионов», которые собирает под свои знамёна политический блогер Навальный. Рассказывать о том, что на встречу с блогером в городах страны приходят тысячи (да что там тысячи, десятки тысяч!) людей, которые в едином порыве вот-вот сметут действующую власть и, широко шагая в революционных колоннах, на руках внесут Лёшу Навального в Спасские ворота Кремля.

Для них новости у меня будут плохие и даже очень плохие: Кремль взял на вооружение не новое, но воистину смертельное оружие. Имя ему – дрон. Да-да, маленький, несложный и не то чтобы очень дорогой аппарат, который может позволить себе едва ли не каждый желающий.

Самым обидным в этой истории для секты Навального должно быть то, что дроны долгое время были именно оружием революционного блогерства. Дроны кружили над государственными резиденциями и частными домами людей, которым политический блогер посвящал свои расследования, доставляя картинку, которую потом можно было радостно демонстрировать в сети, потрясая умы и сердца интересующихся граждан размерами особняков и угодий. Смакуя детали и упиваясь подробностями. И вдруг...

Не знаю, кто первым из чиновников или каких других близких к власти людей придумал использовать дроны против революционных блогеров, но этот человек, в сущности, вбил последний гвоздь в тот гроб, в котором навсегда упокоилась репутация Навального как вождя каких бы то ни было масс.


Вы тоже помните фото и видео, на которых, казалось бы, много народу собиралось на встречи, выходило на митинги, шло в маршах?

Те, кто хоть немного разбирается в том, как организованы массовые мероприятия и их информационное сопровождение, знают одно из главных правил: численность толпы невозможно оценить, находясь в толпе.

Человеку, находящемуся в плотной группе людей (даже если этих людей не больше десятка), всегда кажется, что вокруг – огромная толпа. При этом чем плотнее стоят люди, тем большей кажется их численность.

Такое же суждение в полной мере касается фото и видео. Съёмка внутри группы людей всегда даёт ощущение большого их скопления. Кстати, съёмка со сцены (при условии, что перспектива не слишком велика) тоже даёт ощущение плотной толпы.

Это азбука.

Азбука и то, что человеческое сознание больше доверяет картинке и хлёсткому заготовку, нежели доводам, изложенным последовательно и спокойно. Вот на основе этого феномена долгое время и существовал миф о том, что на протестные акции Навального (и не только его) приходят несметные толпы людей.

— Нас собралось сегодня сто тысяч!

— Да нет же, через рамки металлоискателей прошло всего три тысячи человек.

— Ха-ха-ха! Как можно верить официальной информации? Власть врёт, потому что боится!

— Но вот же люди, которые там тоже были, пишут…

— Какие люди?! Это ольгинские тролли, агенты Кремля, опера из отдела «Э», они все врут. Потому что боятся.

— Но я сам…

— Вы все врёте. Потому что боитесь. Нас было сто тысяч. Или даже триста.

Диалог почти дословный, и он происходил, причём не единожды, после каждого оппозиционного мероприятия.

В таком случае человек, далёкий от политической кухни, теряется и не может понять, кому верить. А вдруг на самом деле? Власть боится и врёт. Врёт, потому что боится. И революция уже на пороге. И куда бедному крестьянину податься?...

Да, этим грешил не только Навальный. Людям, организующим массовые действа, всегда хочется преувеличить их масштаб. Просто Навальный возвёл виртуальность в абсолют. Он не приукрашивает реальность – он просто создаёт виртуальную, альтернативную, перевёрнутую... В которой всё придумано и всё неправда, начиная с самой фигуры вождя.

Меня иногда спрашивают, почему я называю Навального политическим блогером. Тут всё просто: это единственный подтверждённый его статус, а всё прочее существует исключительно в придуманном мире. Адвокатская практика, политический вес, массовая поддержка – всё это виртуальное, как лайки, шеры и просмотры, накрученные посредством дешёвого китайского трафика.


В какой-то момент команда Навального взяла на работу будто бы популярного фотографа Фельдмана. Насколько и где популярен Фельдман лично я не знаю. И фотографии с мероприятий Навального приобрели некий налёт художественности. Молодые лица в плотном строю, красные шарики, горящие глаза, пионерский задор, юношеский максимализм – всё вот такое, нарядное.

К примеру, на митинге в Ижевске (на следующий день после обрушения дома) Фельдман дал крупный план чёрной ленточки на куртке Навального. И такую потрясающую задумку тут же испортил сторонник Навального Владимир Милов, сопроводив фотографию «чёрной ленточки» следующей фразой: «В Ижевске всё хорошо ))). Операция властей по срыву митинга Навального провалилась»

Всё хорошо? Первый день траура по погибшим!

Понимаете, реальность всегда сильнее. Она проступает сквозь нарядную картинку виртуального мира – и тот рассеивается, как туман. И всё становится ясно.

И как ни старался фотограф Фельдман сваять образ скорбящего народного вождя, реальная история немедленно проявилась сквозь придуманную. Плевать им было на погибших людей. В Ижевске всё хорошо. Смайлик.


Но вернёмся к дронам. Власть (или кто-то другой) стали запускать их повсюду, где Навальный собирал свою паству.

И что в итоге? Картинки с дронов были не такими нарядными, как у фотографа Фельдмана, в них не было намёка на художественность, не было чувство стиля и цвета. Не играли краски. Не горели ничьи глаза и даже шарики не выглядели праздничными. Скажу больше: картинки были тусклыми, потому что в России сейчас поздняя осень. И в этой унылой изморози одиноко топтались у сцены несколько сотен голов.

Да-да, сверху видны исключительно головы, которые можно посчитать и сразу станет ясно: на встречу с Навальным приходит очень мало людей. До смешного мало. 

И с этим никакая виртуальная реальность уже ничего не может поделать.

Удивительно лишь одно: почему прежде — а нам ведь так долго рассказывали про «марши миллионов» — никто не догадался пустить в небо дроны.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ